О проекте Красная Мессалина. Декрет о сексе

СССР принято было считать страной ханжеской морали. Недаром в 1989 году в популярной программе "Телемост" одна из участниц произнесла анекдотическую фразу: "В СССР секса нет". Но на заре "бесполой" советской власти секса в нашей стране было столько, что "просвещенный" Запад приходил в ужас. Этот фильм об одном из самых одиозных сексуальных скандалов нашей забытой истории: декрете об обобществлении женщин. И о его рьяной защитнице, легендарной революционерке Александре Коллонтай.

История с пресловутым декретом начинается в Москве в 1918 году. Лавочник Мартын Хватов объявляет от имени партии анархистов, бывшей тогда союзником большевиков, что все женщины и девицы в стране переходят в общее пользование. Большевики объявляют декрет фальшивкой и привлекают Хватова к революционному суду. Разъяренные москвички готовы разорвать охальника на части. Но в его защиту в суде выступает "Красная Мессалина", соратница Ленина Александра Коллонтай.

Коллонтай, которая впоследствии станет первой в мире женщиной-послом и иконой коммунистической идеологии, была также известна как создатель так называемой теории "стакана воды", позволяющей юным революционерам удовлетворять сексуальные потребности так же просто, как человек утоляет жажду. Ее биография изобилует не только революционными подвигами, но и скандальными романами. И ее раскованное отношение к сексу отнюдь не было исключением в революционной среде 20-х годов.

Комиссары в кожанках воспринимают идеи "стакана воды" от артистической элиты Серебряного века, считавшей групповые оргии неотъемлемой частью своих творческих поисков. В российских городах процветает проституция и свободная любовь. Открываются коммуны и общества, в которых практикуется групповой секс. По улицам маршируют обнаженные бесстыдники – члены общества "Долой стыд". В СССР проводятся первые в мире сексологические исследования. Целомудрие считается чем-то допотопным и старорежимным.

"Клоны" знаменитого декрета появляются в разных городах России, их перепечатывают газеты у нас и на Западе. Одни используют декрет для антисоветской пропаганды, другие – как руководство к действию. Ленин терпеливо разъясняет зарубежным гостям – Герберту Уэллсу и Кларе Цеткин, – что большевики не имеют к этой порнографии никакого отношения. Но юные революционеры остаются ярыми сторонниками теории "стакана воды". А во время НЭПа их число многократно увеличивается.

Однако с начала 30-х картина меняется. В сталинской России преобладает консервативное отношение к культуре, искусству и – сексу. Сексуальная свобода становится привилегией правящей верхушки. Среди масс пропагандируется воздержание и супружеская верность. Во второй половине ХХ века СССР - консервативная страна, где тема сексуальных отношений – табу. Лишь в среде правящей и артистической элиты время от времени происходят скандалы на сексуальной почве, такие как процесс над "развратным" министром культуры Александровым, который развлекался на ведомственной даче со звездами кино и студентками театральных училищ.

С началом перестройки в стране рушатся все барьеры – и прежде всего моральные. В то время, когда в эфире звучит знаменитая фраза об отсутствии секса, он становится все более навязчивым. А вместе с ним в общество проникают наркомания, проституция и СПИД. Люди XXI века ностальгируют по здоровым семейным отношениям прошлого и все чаще вспоминают продолжение знаменитой фразы, не замеченное в 1989 году: "В СССР секса нет, но есть любовь".