Новости

Борис Щербаков мечтает о дочери

Как уверяют создатели нового сериала о летчиках "Высший пилотаж", в небе все так же, как и на земле – те же радости, те же страдания. Но согласны ли с этим утверждением исполнители главных ролей телефильма? Кому, как не им, знать, что чувствует пилот пассажирского авиалайнера в экстремальной ситуации и как стюардессе всегда удается быть вежливой. "Папа" и "дочка" Борис Щербаков и Мария Горбань поведали RUTV.ru о своем отношении к авиаперелетам, о делах семейных, о любовных терзаниях, о жестком рабочем графике и о привязанностях вне съемочной площадки.

 - "Высший пилотаж"  - это сериал о трудовых буднях летного персонала – пилотов и бортпроводников. Какие роли вы исполняете? Каковы взаимоотношения ваших героев?

Мария Горбань: Я играю девушку по имени Маруся, мой отец – главный пилот пассажирского авиалайнера, где я работаю стюардессой. Когда я влюбляюсь, у меня начинаются проблемы с папой. Он очень переживает, что я оставлю его одного, как это сделала моя мама – она бросила нас и ушла к другому пилоту. Поэтому папа жутко ревнует, терзается опасениями, что дочь тоже уйдет.

Борис Щербаков: По сюжету мы с моей дочерью живем вдвоем, сильно любим друг друга, и никто нам больше не нужен. Она такая домашняя девочка и должна любить только меня. И вдруг влюбляется! Конечно же, я испытываю жуткую ревность - она только моя! А тут вдруг надо делиться. Мой герой – не плохой и не хороший, потому что просто хороших или плохих не бывает. Как сказал Станиславский, во всяком еврее ищите русского и, наоборот, во всяком русском – еврея. Так и здесь. С точки зрения Волохова, он - хороший, однако окружающие считают, что он не прав. В любом случае, все неоднозначно. Вся сила искусства и заключается в контрастах.

- Нелегко, наверное, играть такие теплые и нежные отношения между отцом и дочерью, не будучи хотя бы друзьями? Подружились ли вы за время совместной работы?

Мария Горбань: Я очень довольна, что играю вместе с Борисом Васильевичем. Мы с ним очень подружились и общаемся даже за пределами съемочной площадки. Я даже могу иногда, забывшись, назвать его "папкой". Работая с ним, я набираюсь колоссального опыта.

Борис Щербаков: Мне Маша очень нравится – и как артистка, и как замечательный человечек, и как партнер. Она красивая, обаятельная и талантливая. Когда ее вижу, весь наполняюсь радостью.

- Как проходит съемочный процесс? Легко выполнять поставленные режиссером задачи? Нет проблем с "вживанием" в образ?

Борис Щербаков: Вживаться в образ не так трудно – у меня уже были роли, связанные с небом. Однако профессиональные консультанты никогда не лишние.

Мария Горбань: Мы старались приблизиться к реальности как можно ближе – съемки проходят в Шереметьево-2, в настоящем большом "Боинге". Мы думали, что нас кто-то будет консультировать, подсказывать, что и как должны делать стюардессы. Но на деле мы все придумывали сами – что-то протирали в салоне самолета, что-то постоянно в руках крутили. Я сейчас могу пристегнуть ремень быстрее, чем настоящие бортпроводницы! Форма у нас очень стильная – ее сшили специально для сериала. В моем представлении, стюардесса должна быть предельно вежливой, что, к сожалению, на практике нечасто бывает. По крайне мере, я редко таких видела. Можно сказать, наш сериал будет отличным примером для подражания.

- А как вы сами относитесь к перелетам - не боитесь летать?

Борис Щербаков: Моя профессия предполагает много полетов, и летать я не боюсь. С экстремальными ситуациями, в которые попадает летный состав "Высшего пилотажа", я никогда в жизни не сталкивался. И слава Богу!

Мария Горбань: Не могу сказать, что люблю летать, но я вынуждена много перемещаться по воздуху. Да и если мне предлагают на выбор – двое суток трястись в купе поезда или 2 часа лететь самолетом – я, конечно, выбираю второе.

- Что роднит актера и члена летного экипажа: и тот, и другой работают по очень тяжелому графику – и у обслуживающего персонала самолета, и у актера бешеный темп жизни и трудно найти время на личную жизнь. Вас это тоже касается?

Борис Щербаков: У меня есть свой рецепт экономии времени, и он очень прост: я всегда стараюсь быть готовым, чтобы никого не заставлять себя ждать. На съемки всегда прихожу заранее, чтобы к нужному моменту уже быть в костюме и в гриме. Как только меня зовут – я уже здесь. Чтобы режиссер ни в коем случае меня не ждал. Ведь неизвестно, кому труднее – мне или режиссеру? У него тоже работа не из легких.

Мария Горбань: Самое сложное для меня – это тяжелый график. Сейчас работа идет очень быстро, съемки в самом разгаре – делаем за раз по много дублей, переписываем звук. Все срочно наверстывается, поэтому мы все не высыпаемся жутко. Иногда даже кушать не успеваем. В ноябре у меня всего 4 выходных дня. Я полностью отдаю свое время работе над сериалом и вовсе не успеваю участвовать в других проектах. Но я уже привыкла к такому графику.

- По словам режиссера, любовная линия в сериале займет отнюдь не последнее место. А какое место занимает любовь в вашей жизни?

Борис Щербаков: Всю свою потенциальную любовь я изливаю на мою дочь Марусю. У меня, к сожалению, нет дочери, у меня только сын. Но я всю жизнь мечтал иметь дочку. Так всегда бывает – папы всегда сильнее любят дочек.

Мария Горбань: Я сейчас, как и моя героиня, влюблена. Ведь для артиста влюбленность очень важна. Например, моя мама до сих пор влюблена в папу, а они вместе уже 21 год. Мой избранник не из актерской среды, и это несмотря на то, что я сама из театральной семьи. Среди моих друзей вообще мало актеров. Вот и мой друг не имеет отношения к кино и театру. Однозначно, мне очень повезло, что он не ревнивый. У меня, к примеру, есть спектакли, где я бегаю почти голая. Но он не возражает. Ведь к этому нельзя ревновать.

Дарья Майорова, RUTV.ru