Новости

После атомного взрыва

Михаил Пореченков (актер): "Любовь – это сложное чувство. Вообще, это такое нетворческое ощущение, любовь. Это состояние кататонического ступора. Вот это – любовь. Это состояние после атомного взрыва, когда уже легли все дома, деревья и все остальное. Вот взрыв произошел, вспышка эта – это страсть. А потом начинается любовь, когда все – поле выжжено. Вот это любовь. Она, к сожалению, не разбирает дороги, не видит черного и белого, ничего не замечает… это деструктивное состояние".

Я бы назвал фильм "Большая любовь", в котором сыграл, комедийной мелодрамой.

- Режиссер Дима Фикс видел когда-то спектакль "Король, дама, валет" по Набокову, и он сказал: ты же комедийный актер! Что тебя все время в роли страшных военных снимают? Ну, и как-то мы попытались пойти в комедию. Даже у нас не комедия получилась, а мелодрама такая, комедийная мелодрама. Я сделал все, что я мог в этой роли…. Я, к сожалению, ничего не помню, потому что родился в 69-ом, трудно вспомнить то время. Но я помню, что у моего дяди был мотоцикл "Урал", на котором меня возили крестить, и вот он был, по-моему, 60-го года выпуска. Вот это я хорошо помню. Родители что-то рассказывали, конечно. Они говорили, что время было веселое, что женщины одевались красиво, что мужчины были галантней. Вот такое представление о том времени.

Я считаю, что сначала государство должно что-то дать гражданину. А уже потом – требовать с него.

- Государство должно заботиться о матерях, которые рожают детей для этого государства. Такая, наверное, должна быть политика, при которой выгодно рожать детей. Просто выгодно. А потом уже говорить, что "гражданин должен отдавать долг государству". Но если государство ничего не дало гражданину, то о каком долге можно говорить? Либо ура-патриотизм, мол, давайте положим жизни за то, что нам не нужно, или все-таки государство должно заботиться о детях, а потом уже о юношах, а потом уже о взрослых людях.

Я не сталкивался с черной завистью или ненавистью коллег.

- Наверное, кто-то это делает, но я не замечаю этого. В лицо мне так никто не говорит. Наверное, немного опасаются. Может, где-то сбоку, чтобы я не видел особо сильно. Потому что после зависти такой открытой, черной нужно как-то действовать. Если ты завидуешь по-черному, значит, надо действовать. Надо либо уничтожать объект зависти, либо как-то ему вредить. Со мной это не всегда проходит гладко.

Я рад бы поболтать с Чеховым и Шукшиным.

- Есть несколько людей, с которыми хотелось бы встретиться. Я бы вышел на ринг с Мухаммедом Али. Ну, хотя бы постоять на одном ринге с великим. Есть люди, которые являются большой легендой, символом мужества и духа. С такими людьми хотелось бы вместе хотя бы рядышком постоять.

По материалам программы "Синемания"