Новости

Зона новой луны

После триумфа фильма "Сумерки", снятого по одноименной книге Стефани Майер, неизвестно, кто больше ждал выхода на экраны фильма "Сумерки. Сага. Новолуние" - его создатели или зрители. Но и те, и другие оказались заложниками ситуации: сначала надо было экранизировать третью книгу, и только потом устраивать премьеру второй. Безусловно, есть в этом и положительный момент - до старта продолжения осталось всего полгода. Ну а пока они не прошли, стоит обратить внимание на то, что мы имеем.

Тем более, что сумеречная зона так и не рассеялась над городком Форкс, затерянным в американских лесах. Его жителям ничего не остается, кроме как подглядывать за соседями. Вот, например, Белла Свон (Кристен Стюарт) уже несколько месяцев не выходит из дому – исхудала, осунулась, побледнела – да так, что стала походить на своего парня Эдварда (Роберта Паттинсона). Только что-то его давно не видать, уж не бросил ли подлец бедняжку Беллу?

Соседям Свонов и невдомек, что все они – статисты в новом фильме о великой любви вампира к человеку. Больше того, совсем скоро город окажется втянут в непонятные, необъяснимые события: кое-кто заметит, что семейство Каленов с возрастом не меняется, индейцы племени Квилет из соседней резервации окажутся обортнями, красавица с огненными волосами (Рашель Лефевр) примется охотиться за Беллой.

Такова примерная канва событий сиквела. За исключением, правда, небольших отступлений. А они, надо сказать, весьма существенны, особенно для поклонников (скорее, поклонниц) вампира Эдварда: его-то в фильме и не окажется. То есть он, конечно, присутствует в самом начале, но лишь для того, чтобы признаться Белле, что им не суждено быть вместе. Вразумительного объяснения разрыву отношений Эдвард дать не сможет, зато прочтет наизусть отрывок из "Ромео и Джульетты", чем поразит своего преподавателя. Но не дотошного зрителя, понимающего, что за 109 лет, которые дружище Эд оставался в выпускном классе, не то что Шеспира, "Мысли" Паскаля на старофранцузском можно цитировать. С другой стороны, на что фанаткам Паттинсона философия Паскаля, если любимого перестанут показывать.

Не перестанут. Покажут, правда, в конце. Зато Эдвард предстанет во всей естественной красе, раздевшись прямо на глазах изумленной публики. С красой, конечно, дело вкуса. Обсуждать женские предпочтения среди актеров – пустое дело. Тем, кто "любит" Джуда Лоу, никогда не понять моей искренней привязанности к Кэри-Хироюки Тагава. Единственное, что нас объединяет – мы вряд ли когда-либо оценим по достоинству работу в кино Роберта Паттинсона. Зато на вторую часть "Сумерек" вообще приходится такое количество обнаженной натуры, сопровождаемой сомнительными текстами и полунамеками, что порой мелькает невольная мысль о том, что сценаристы накануне создания текста посетили клуб "Красная шапочка". Чем и воодушевились до крайности.

Еще одна линия, которую невозможно не отметить – поведение Беллы. Ее страдания неизмеримы и искренни – они начнутся с первых кадров, когда красотка осознает, что ей исполнилось целых 18 лет. И вполне закономерно продолжатся после ухода любимого, потом усугубятся, когда Белле не удастся претворить в жизнь мысль об уходе из жизни. И совсем нестерпимыми они окажутся, когда придется выбирать между другом Джейкобом Блэком (Тейлор Лотнер) и любимым. Вызывает опасения только адекватность мировосприятия: девушка в 18 лет не может вести себя так, будто она еще не вышла из подросткового возраста. Даже в кино о первой любви.

Такие тонкости мог не знать режиссер Крис Вайц, прославившийся "Американским пирогом" - фильмом для мальчиков пубертатного возраста. Зато обязана была учесть Стефани Майер. А потому те полтора часа, что Белла бродит по лугу или валяется в койке, не спасает даже суандтрек из нового альбома "The Resistance" группы "Muse".  Двадцать секунд гениальной психоделики из песни "Я принадлежу тебе" не хватает, чтобы затмить общий настрой унылой пустоты. Проще и выгоднее приобрести в личное пользование последнюю работу Криса Уолстенхолма.

И в ожидании фильма "Сумерки. Сага. Затмение" наклеить фотографию Паттинсона на обложку.

Мария Свешникова, RUTV.ru