Новости

Котенев и Хмельницкая. 180 мгновений "Ундины"

На киностудии им. Горького полным ходом идут съемки второй части полюбившегося зрителям сериала "Ундина". Нашему корреспонденту удалось проникнуть в гримерную и в перерывах между съемками побеседовать с исполнителями главных ролей - Анатолием Котеневым и Аленой Хмельницкой. 

Вы, не раздумывая, согласились на предложение сыграть в "Ундине"?

Анатолий: Нет, были, конечно, сомнения. Друзья-актеры тоже разное советовали. Одни говорили, мол, зачем тебе это нужно, другие агитировали соглашаться. В итоге после недельных переговоров я все-таки подписал контракт. К тому же я обещал маме. Она у меня большая поклонница латиноамериканских сериалов. А сам я к мыльным операм относился, так скажем, не очень. Однажды я ее пожурил, мол, ну что же ты такое смотришь, мама, неужели тебе это интересно. Она обиделась, сказала, что я просто ничего не понимаю, сам никогда в сериалах не снимался, а они ведь так популярны у публики. Тогда я ей пообещал, что при случае специально для нее сыграю в какой-нибудь стосерийной мелодраме. И ведь выполнил обещание!

Алена: У меня сомнения были связаны только с возрастом моей героини. Все-таки Алена из сериала старше моей Саши (дочь Хмельницкой и режиссера Тиграна Кеосаяна – прим. авт.) на десять лет. Но мне пообещали, что старить специально не будут, все будет красиво и гармонично. И это действительно так. В общем, сейчас я совершенно не переживаю по этому поводу. Других причин отказываться у меня не было. "Мыльные оперы" на сегодняшний день один из самых популярных жанров. "Ундина" - это "мыло" достаточно хорошего качества. Так что здесь без вопросов.

Насколько сложным стал для вас съемочный процесс?

Анатолий: Ну что кривить душой, легкими эти съемки не назовешь. Изо дня в день уже второй год. Невозможно расслабиться, нужно постоянно следить за собой. Мне тяжело еще и потому, что я совершенно не вижу своих близких. Я навещаю детей и жену, которые живут в Минске, раз в две недели, а то и в месяц. К тому же сейчас все уже начинает надоедать, все-таки вторую сотню серий снимаем. На съемках первой части было легче, потому что тогда нужно было учиться. Ведь время на репетиции и съемки дается минимальное. В настоящем кино одна сцена снимается день, а мы их по 30 в день отснимаем. Так вот тогда нужно было научиться делать это хорошо.

Алена: Да, действительно, тяжело. В первую очередь, из-за бешеного ритма и большого объема. Для меня особенно трудоемкой была первая часть, сейчас я снимаюсь меньше, а тогда почти каждый день. Еще одна сложность, даже не сложность, а не совсем приятный момент – это постоянное повторение, которое необходимо по условиям жанра. Пошел человек, к примеру, чайник выключить, упустил что-то, так в следующей серии мы должны ему рассказать то, что произошло во время его отсутствия. По сути дела, на 10 серий одно событие, все остальное время – его обсуждение. В общем, постоянно приходится повторять одно и то же. Понятное дело, это не очень интересно.

Легко ли вам работать друг с другом?

Анатолий: Когда мне сообщили, что я буду играть с Хмельницкой, я не скажу, что очень обрадовался. Ведь я ее совершенно не знал, ни разу с ней не встречался, к тому же она – звезда. В общем, в самом начале съемок наши отношения нельзя было назвать теплыми. Все изменилось, когда я узнал, что она так же, как и я окончила школу-студию МХАТ, курс Ивана Михайловича Тарханова. Все наши проблемы ушли в одночасье. Теперь я могу сказать, работать с Аленой легко и приятно. И это правда.

Алена: У меня было примерно то же самое. В первый раз встретившись с Толей, я подумала, боже мой, мы с ним так друг другу не подходим, у нас не получится ничего хорошего. Но время заставило меня поменять свое мнение. Сейчас у нас прекрасные отношения, мы понимаем друг друга с полуслова, от работы с ним получаю удовольствие.

Можете ли отметить какие-то особые профессиональные качества партнера?
 
Анатолий: Как уже говорилось, по условиям жанра, у нас часто повторяются одни и те же фразы, похожие сцены. Чтобы и бабе Мане из Тамбова было понятно. Сделать это гармонично довольно трудно. А у Алены получается. К тому же она удивительно быстро запоминает текст, ей не нужно подглядывать. Я вот, признаюсь, поглядываю на листик на полу (смеется). А что делать?! Порой на подготовку даются считанные минуты. У каждого актера есть свои уловки. Можно подглядывать, можно, как говорится, запоминать ногами: здесь переходишь сюда, и говоришь это. Я еще отталкиваюсь от какого-либо слова, звучащего в реплике партнера. Можно импровизировать. Ведь автор выписывает все роли примерно одинаково. А мы свои реплики стилизуем, "подминаем под себя".

Алена: Толя - очень профессиональный актер. В его таланте мне нравится то, что он, имея такой серьезный, мужественный вид, легко может перевоплощаться в слабого, ранимого, трогательного мужчину. Он умеет делать это красиво.

Что изменилось с приходом на площадку нового режиссера? Как складывались ваши отношения с ним?

Анатолий: Поначалу с новым режиссером у нас были несколько напряженные отношения. Вообще человеческая природа такова, что очень быстро привыкаешь к одному человеку, и когда его место занимает кто-то другой, становится не по себе. На съемках первой части у нас стояло веселье на площадке. И это правильно, я считаю, кино нужно снимать весело. К тому же, когда ты проводишь по 12 часов в павильоне, без моментов расслабления можно просто свихнуться. У Леонида Григорьевича же все очень строго. Проблемы возникали и потому, что Белозорович совсем по-другому видел наших героев. 

Алена: Поменялся не только режиссер, но и вся съемочная группа. Это тоже нужно учитывать. Поэтому сейчас все совершенно по-другому. Нельзя сказать, хуже или лучше, просто по-другому. В первой "Ундине" команда была более молодежная, больше было веселья и озорства. И, надо сказать, было больше желания сделать что-то необыкновенное в этом жанре. Сейчас идем "по накатанной". Все нормально, но все иначе.

В какой сцене было сложнее всего сниматься?

Анатолий: Сложнее всего сниматься в тех сценах, которые написаны только для того, чтобы объяснить зрителю что-то, к примеру, то, что было 10 серий назад. Чтобы человек, который первый раз в жизни включил "Ундину", понял, о чем речь. Эти сцены сами по себе не логичны. Наши разговоры не строятся так в реальной жизни. Поэтому играть их хочется меньше всего. А когда понятная, на эмоциях, сцена, играть ее легко.

Алена: У меня, например, никак не получалось сыграть сцену встречи с дочерью после всех ужасных событий, которые с ней произошли. Сцена чрезвычайно эмоциональная и поэтому довольно сложная. Моя героиня уже столько выстрадала, по сюжету она была близка к помешательству, и вот, наконец, дочь возвращается. Не знаю, что со мной было, но не получалось сыграть красиво. Наверное, на подготовку такой сцены нужно было время. В общем, съемку решили перенести.

Как вы отнеслись к популярности "Ундины"? Как она отразилась на вашей жизни?

Анатолий: Я, честно говоря, не рассчитывал на такую популярность сериала. И такое внимание к собственной персоне испытывал только после "Секретного фарватера". Приятно, что говорить. Узнают на улице, подходят. В Ялте одна бабушка догнала меня, и чуть не руки целовать. "Ой, мой дорогой, да я за тобой уже полкилометра бегу. Если бы ты знал, как я за тебя переживаю, как за родного сына". Кстати, как оказалось, "Ундину" смотрят не только взрослые, но и дети. Однажды мы ехали по Ялте на игровом автомобиле, и за нами с криками "Таранов, Таранов" увязалась целая толпа мальчишек. Пришлось остановиться, всем раздать автографы. Выходит, что на нас лежит огромная ответственность. Нужно быть поосторожнее с курением и выпивкой в кадре, с каким-то эротическими моментами.

Алена: Я не сомневалась, что сериал будут смотреть, что он будет популярен у определенной прослойки аудитории, но что так много народу посмотрит и полюбит "Ундину", учитывая, что сериал шел не в прайм-тайм – это была неожиданность для всех, приятная неожиданность. Что касается собственной популярности – ну а как иначе, если ты каждый день мелькаешь по ТВ, по-другому и быть не может. Пока идет лента с твоим участием, ты известен, тебя любят, тебя ждут. Потом появляется кто-то другой, и внимание зрителей переключается на того другого. В общем, все объективно.

Есть ли у вас какие-либо увлечения, помимо кино?

Анатолий: Я такой человек, мне у меня периодически возникают какие-то интересы. Одно время я увлекался резьбой по кости. Рисовал маслом. Сейчас перешел на акварель. Очень люблю рыбалку. Не ради рыбы, конечно. Если нужна рыба, отправляйся на рынок, а если хочешь общения с природой – удочку в руки и вперед. Я очень люблю природу, в любое время года. Мне доставляет огромное удовольствие смотреть, как качаются деревья, колеблется вода. Мечтаю о даче, но пока все как-то не получается. Пойманную рыбу не доверяю никому. Сам жарю, солю, мариную. Пока рыбу не приведу в порядок, спать не лягу, как бы ни устал.

Алена: Сейчас я в основном занимаюсь ребенком, ну и естественно, какими-то домашними делами. На все остальное просто времени не хватает, потому что у меня постоянно идут съемки. Что-то я люблю делать, но такими серьезными увлечениями, как у Толи, это не назовешь.

Беседу вела собственный корреспондент RUTV.RU Дарья Андрианова.