Новости

Представления о войне

Вторая Мировая война. Любой переживший ее режиссер считал своим долгом о ней рассказать. Польская киношкола, например, породила целую когорту таких рассказчиков. Роман Полански оказался в хвосте – он слишком долго не мог найти подходящую историю. А когда ему в руки попали мемуары музыканта Владислава Шпильмана, чудом уцелевшего в оккупированной фашистами Варшаве, режиссер, наконец, решился и явил миру драму "Пианист".

Роман Полански (режиссер): "Возможно, это самый личный мой фильм, и причина очень проста - при его создании я мог использовать собственные воспоминания о тех событиях - ребенком я был в Краковском гетто".

На войне далеко не каждый становится героем. Война может превратить человека в трусливое животное, которое не пойдет под пули, а будет прятаться и принимать кусок хлеба из рук врага своего. Искусство превыше всего, и кому, как не Полански, которому запретили под страхом ареста въезжать в США, но "Оскар" все-таки присудили, это знать. 

Эдриан Броуди (актер): "Я очень счастлив за него, потому что он заслуживает такого признания. Это необыкновенно одаренный и дисциплинированный режиссер. Он помог мне проникнуть внутрь моего персонажа, потому что сам пережил эту войну. И то, что он выбрал меня – это большая честь".

Режиссер выбирал из двух тысяч новичков. Вначале так никого и не выбрал, потому что видел в роли Шпильмана только Джозефа Файнса. Но Файнс променял грандиозный проект всемирно известного режиссера на театральную постановку. А посему "Оскар" за главную мужскую роль получил не Файнс, а заместивший его Эдриан Броуди.

Эдриан Броуди (актер): "Мне пришлось соблюдать строгую диету в течение двух месяцев. А потом мы приступили к съемкам. Я изо дня в день играл Шопена, учился играть - потому что некоторые сцены требовали, чтобы я сам это делал. Было очень сложно. Это требовало невероятных усилий, а мне даже было трудно сфокусироваться, потому что я практически голодал".

Конечно, изысканный диетический рацион актера - яйца, цыпленок, рыба, тушеные овощи - не может сравниться с крошками хлеба или гнилой картофелиной, которой настоящий Владислав Шпильман питался несколько дней. Так же, как не могут сравниться представления о войне тех, кто родился после, с воспоминаниями свидетелей. Правда, воспоминания можно приукрасить, но мы об этом все равно не узнаем.

По материалам программы "Синемания"