Новости

    Шоу "Главная сцена"

    "Главная сцена" запутала американца Афанасьева

    В "зеркале заднего вида" замелькали контуры будущего.

    Как у фаната единственного конкурса песни – "Евровидение" (Филипп Киркоров меня поймет) – уже после первого полуфинала "Главной сцены" от души отлегло. Стало ясно, что, чем бы ни закончилось самое главное (на сегодня в стране) конкурсное "телесражение" сезона, уже есть целый вагон и маленькая тележка потенциальных делегатов на следующее "Евровидение", отвечать за которое от России в будущем году по ротации будет, собственно, телеканал "Россия".

    А то ведь каждый год все эти выборы-назначения сопровождаются прямо-таки адовыми муками, зато теперь, на кого из уже выбранных или возможных полуфиналистов "Главной сцены" ни посмотри – не только готовый "Прорыв года" премии ZDAwards, но и вполне себе зрелый кандидат на евроконтинентальное ристалище. Талант, харизма, креативность и самобытность – на одной чаше весов. На второй – боевое крещение и закалка, хоть и невероятно захватывающим, красочным и содержательным, но все же до безжалостности жестким (если не жестоким) соревнованием. С такой артподготовкой можно смело штурмовать чертоги любой Кончиты Вурст (или кто там водрузится на евротрон после нее).

    Кульминацией "еврокатарсиса" на прошлой неделе стала, конечно, Ирина Олифер, певица, "спасенная" на конкурсе мудрым и дальновидным Максом Фадеевым и в ответ покорившая в минувшую пятницу всех наставников-продюсеров уже не только "распробованным" ими выразительным тембром сочного и глубокого голоса, но также почти филигранными модуляциями и, конечно, роскошной песней I'll Carry On из-под пера своего наставника, который как великий музыкальный комбинатор умело миксует-жонглирует не только актуальными трендами, сэмплами и битами, но не забывает и старое. А хорошо забытое старое… Вот и безразмерная Ирина (длинное платье скрывало постамент, и певица возвышалась над студией, как монструозный Петр над крошечной Стрелкой у Кремля) унесла не только в нирвану своим чувственным пением, но и в спонтанные воспоминания о почти культовой евродиве с Мальты Киаре (несколько раз осаждавшей тяжелым приступом "Евросонг" и однажды чуть не победившей на втором месте), а также о сколь драматическом, столь и комическом клинче между Молдавией и Румынией два года назад в Мальмё, когда Алена Мун с песней О Mie и Цезарь с песней It's My Life одинаково "вырастали" до потолка на сцене в своих длинных платьях.

    Сентиментальными аллюзиями из "старого доброго прошлого" неожиданно порадовал даже и наставник команды "Поп-рок" композитор Виктор Дробыш, сочинив для Ксении Павроз слезоточивую балладу "Два крыла надежды", где выразительно слышалось и бережно прочитывалось многогранное богатство ископаемых ресурсов отечественной эстрады – от мартыновской "Лебединой верности" до пугачевско-николаевского "Озера надежды". Изрядно скептичный (по отношению к российской эстраде и поп-музыке) композитор, продюсер и наставник команды "Мировой хит" Уолтер Афанасьев (разумеется, пропустивший в своей Америке весь "золотой век" советской эстрады) ловил ртом воздух, не веря, что "мой друг (Дробыш) написал и сочинил такую песню!".

    Кажется, даже этот "грэмминосец" и музыкальный авторитет мирового масштаба, волшебным образом рекрутированный в наставники российского конкурса, начинает ближе к финалу пересматривать восприятие российской эстрады как "зеркала заднего вида" (в противовес Америке, где, сидя в машине, наоборот, смотрят только вперед, в лобовое стекло). Эту метафору он на разные лады повторял то тут, то там, и не один раз, а вот в минувшую пятницу только и делал, что широко раскрывал глаза, показывая всем видом, что не верит не только глазам, но и ушам. Свыкаться с мыслью о том, что и мы не пальцем деланы, г-ну Афанасьеву особенно помогали сочинения Макса Фадеева, веером которых композитор и продюсер решил в прошлую пятницу, кажется, превзойти собственные рекорды, достижения и даже устоявшиеся представления о его стилистической "многостаночности". После поп-панкового номера Drugstore в бесшабашном исполнении Лии Саркисян, Уолтер пощипывал себя, пытаясь удостовериться, что "не оказался где-нибудь в Лондоне". Он, скорее всего, не видел, как отчебучивали Serebro на "Евровидении-2007" в Хельсинки! А школа чувствовалась благодаря не только композитору, но и Ольге Серябкиной, которая, к удивлению многих, раскрылась не только как креативный помощник своего патрона и соратника, но и как автор текстов песен для участников их команды (об ее поэтическом даре сонг-райтерши хоть и было известно благодаря хитам "Серебра", но об этом не очень задумывались).

    ***

    Не было бы счастья, да несчастье помогло. Очередной конкурс талантов, который изначально должен был стать лишь франшизой одного из западных популярных телеформатов, неожиданно пал жертвой международных санкций (вместе с депутатами, олигархами и госбанками, что, конечно, крайне иронично), и в результате "Красному квадрату" (продюсерской компании, набившей руку на многолетней "санта-барбаре" лицензионных шоу) пришлось изобретать собственный формат. Вытащив изо всех шкафов все, что было нажито годами непосильным трудом, они сумели собрать не только новую модель веселенького велосипеда, но и, кажется, все восторги телекритиков, на которые те способны. "Главная сцена" действительно оправдала название, превратив банальный уже и привычный формат не просто в очередной конкурс талантов, а в неожиданный аттракцион новых ощущений! Устроив фактически саммит сливок отечественного шоу-бизнеса, они разожгли нешуточный азарт от соперничества именитых продюсеров и композиторов, наравне с битвой самих конкурсантов, которая совсем не ушла в тень. Уолтер Афанасьев, Игорь Матвиенко, Константин Меладзе, Максим Фадеев, Виктор Дробыш, каждый из которых история и "отдельная песня", сидя теперь друг возле друга в ряд, не только оценивают номера участников, царственно милуя или казня, но и строчат для них один за другим оригинальные вирши, чего прежде ни на одном контесте не случалось! А еще и Юрий Антонов, Жанна Рождественская, Сергей Чиграков, блиставшие в жюри! А плюс жемчужное ожерелье из помощников в широчайшем авангардном диапазоне - от модного музыканта Антона Беляева до "прародительницы" t.A.T.u. Лены Кипер! И вся эта ослепляющая рябь в глазах замешана в густой бульон бурлящего творческого процесса, за которым приходится следить с не меньшим, однако, напряжением, чем за самим "Евровидением"!

    К тому же на вершине этой вавилонской башни нависает мощной гирей музыкального авторитета Григорий Лепс! Кстати, спешите видеть в последний раз. Хотя мэтру как человеку творческому наблюдать за процессом и его участниками "очень интересно", а относятся к нему там, "как к полубогу", в роли ведущего он чувствует себя непривычно. "Решил попробовать, и славно, - признался г-н Лепс в разговоре с "МК". - Думаю, на этом эксперимент закончился, я не ведущий, я певец". Что касается конкурсантов, то Григорий, оставаясь "над схваткой", выразил особую симпатию ("при том, что все наставники работают очень здорово") Константину Меладзе и его "неоклассической" команде, отметив особенно Ксению Дежневу с недюжинным кроссоверным потенциалом. Симпатизирует также группам Kersy, "Моя Мишель" ("одно из главных открытий проекта") и признается, что "некоторых людей пригласил бы к себе в команду". "Мысли такие есть, я уже беседы проводил, - признался г-н Лепс, - Думаю, что продюсеры все равно не смогут осилить всех, кого они выбрали, а у меня есть свой продюсерский центр, хотя он и существует пока больше номинально". Один из главных на сегодня артистов страны уверен, что и к роли продюсера наверняка когда-нибудь придет, хотя на предположение "Ждать ли телеконкурса "Хочу к Лепсу!"?" с испугом в голосе воскликнул: "Не дай Бог!".

    Максим Фадеев, со своей стороны, комментируя итоги первого полуфинала, обрисовал "ахиллесову пяту" "всех конкурсов", когда на кастинги "приходит огромное число странных людей, и получается, как в песне: "Из того, что было, то и полюбила". "На самом деле, - объяснил г-н Фадеев, - надо делать все системно, ехать самим по городам, по стране – с миссией собрать хороших исполнителей, групп, потому что многие талантливые и стильные люди на кастинги не ходят принципиально".

    - Было бы идеально, если бы государство выделяло на это деньги, - унесла вдруг Макса в заоблачную даль шальная мысль, - чтобы потом развивать этих людей. Почему на кино дают, на театр дают, на спорт дают, миллионы долларов какой-нибудь хоккейной или футбольной команде, а на шоу-бизнес никто ничего не дает?! Ни грантов, ни даже кредитов! Мы все рискуем собственными деньгами! Берем человека, начинаем вкладывать в него. Это же нужно и нашему государству, чтобы наши ребята представляли интересы страны и за рубежом. Мы могли бы быть гораздо сильнее (на международной сцене), если бы у нас было какое-то финансирование...

    Впрочем, не дожидаясь финала конкурса и будущих государственных миллионов, наставник Фадеев сообщил, что с его самым экзотическим протеже Арсеном Мукенди через пару недель они уже едут в Америку снимать клип на песню Love, "которую запустят по всему миру". Так что соперничество продюсеров на "Главной сцене" выходит, похоже, на международную орбиту, ибо и Уолтер Афанасьев не забыл про свою главную миссию – найти на "Главной сцене" артиста из России, который станет "подлинной звездой в мире", тем более что после не самой легкой социокультурной акклиматизации он стал-таки замечать "контуры будущего" на нашей эстраде. До финала тем временем остаются считаные дни.

    Артур Гаспарян, МК