Новости

    Кадр из фильма "Игра в имитацию" / Автор: filmpro.ru

    "Игра в имитацию": до полной гибели всерьез

    Кто изобрел компьютер? Как отличить искусственный разум от человеческого? Откуда взялось надкушенное яблоко на логотипе компании Apple? Ответы на все три вопроса связаны с именем одного человека. По оценкам историков, он (с небольшой командой других "умников") спас 14 миллионов жизней во время Второй мировой войны, и, по мнению Черчилля, внес самый весомый единоличный вклад в спасение  от фашистского ига родной Британии. Которая отплатила ему, доведя до самоубийства в 41 год. Если вы не знаете, о ком речь, посмотрите выходящий в прокат 5 февраля фильм "Игра в имитацию", собравший восемь номинаций на "Оскар". Если знаете – тем более посмотрите.

    Жил-был в Чикаго мальчик Грэм Мур. Рос он застенчивым, зажатым и помешанным на электронике. Ездил летом в лагеря для таких же юных айтишников, где ночами у костра рассказывали о местном кумире. Мальчик проникся: тот тоже рос застенчивым, зажатым, да еще и заикой, а в 20 с небольшим – в далеком 1936-м – сформулировал принцип обработки информации, который лежит в основе современных компьютеров. Грэм вырос, но стал не программистом, а подающим надежды писателем и однажды случайно услышал, что двое начинающих продюсеров затевают свой первый проект - байопик. "Чей?" - "Ты не знаешь. Алан Тьюринг". – "Это я-то не знаю?!" В общем, сценарий он писал бесплатно. Его довольно быстро пристроили на Warner Bros., главной ролью заинтересовался ДиКаприо...

    "Сценарий попал ко мне случайно, на площадке "Стартрека", я был Ханом, голова занята драками, но я сразу понял, что очень хочу сыграть этого человека, - вспоминает Бенедикт Камбербэтч. - Я никогда раньше не "пас" чужие проекты, но за судьбой этого пристально следил". И не зря: студия и Лео от него отказались, и детище Мура возглавило знаменитый голливудский "черный список" лучших нереализованных сценариев. Когда для проекта нашлись "независимые" деньги и режиссер - норвержец Мортен Тильдум, никогда раньше не снимавший фильмы на английском, - тот сразу сказал: только Камбербэтч. "Если бы мне не предложили роль, я бы устроился к ним чай разносить", - смеется Бенедикт. Узнав о согласии друга и бывшего партнера по "Искуплению", в проект подтянулась Кира Найтли, а следом и другие именитые британцы – Марк Стронг, Чарльз Дэнс, Мэттью Гуд, Аллен Лич… В этой компании лишь актеры не были новичками и дилетантами. Однако отсмотрев в Берлине готовый 20-минутный отрывок, Харви Вайнштейн купил права на прокат картины за рекордные для европейского кинорынка $7 млн, а уж владелец TWC знает толк в хорошем кино и точно не любит ни за что переплачивать.   

    Жизнь Алана Тьюринга – гениального математика, бредившего созданием искусственного интеллекта и даже придумавшего тест на его зрелость в то время, когда и "обычный" по нынешним понятиям многоцелевой компьютер был диковиной, - богата такими "сюжетными ходами", поворотами и виражами, что хватило бы на целый сериал. Чтобы уложиться в два часа, Мур сосредоточился на трех периодах: школа (где случилась первая и единственная любовь), работа криптографом в Блетчли-парке (где кучка лучших умов Британии пыталась взломать генератор военных кодов – немецкую "Энигму") и послевоенное варварское наказание за сексуальную связь с мужчиной. Каждый из этих временных отрезков разбит на кусочки: они перемешаны, и зрителю предлагают самому сложить из них цельный образ протагониста и его времени. Кое-какие "ключи" давали промоинтервью: пробежки напоминают, что Тьюринг был марафонцем олимпийского уровня; хромота в последних сценах – результат отчаянной попытки самому кухонным ножом вырезать из бедра имплантированный туда дозатор женского гормона, продолжавший работать уже после предписанного судом срока; нервный срыв – не столько персонажа, сколько актера, который настолько проникся сочувствием к Алану, что не мог сдержать слез.

    Камбербэтчу не впервой жить на экране "трудным" гением – здесь и Ван Гог, и Джулиан Ассанж, и тот же Хокинг (которого Бенедикт сыграл гораздо раньше и, по мнению многих, лучше, чем его нынешний соперник по "Оскару" Эдди Редмейн). Однако актер продолжает находить для своих героев все новые краски – в угловатом самоуверенном Тьюринге нет ничего ни от театральной эпатажности Шерлока, ни от горячечной безответственности Франкенштейна. Трудность была в другом. От ученого, засекреченного настолько, что, по словам биографа, "свободно он мог говорить только о шахматах и еловых шишках", не осталось не только кадров кинохроники или записей голоса, но даже и фотографий - всего несколько штук. Внешний рисунок роли приходилось сочинять по письменным воспоминаниям, беседам с племянницами и немногочисленными здравствующими экс-коллегами Алана. Камбербэтч говорит, что высшую оценку своей работы он уже получил – от родственников Тьюринга, которые заявили, что увидели его на экране, как живого.

    Авторы фильма рассказывают, что долго бились над концовкой. Был среди вариантов и "лобовой": распростертое на кровати тело и надкушенное яблоко на тумбочке рядом (считается, что обожавший сказку о Белоснежке Тьюринг покончил с собой, пропитав яблоко цианидом). Получилось примитивно, депрессивно и… похоже на рекламу Apple. "Яблочный дом" никогда не подтверждал эту теорию происхождения своего логотипа, но "городские легенды" - упрямая вещь…

    Как любой байопик, "Игра в имитацию" идет на некоторые сюжетные ухищрения, призванные "уплотнить" историю или сделать ее киногеничнее. Обидно, что некоторые "придумки" возводят напраслину на героя фильма и войны. Так, Тьюринг на самом деле никогда не работал вместе с человеком, действительно бывшим русским агентом. Представлять дело так, что он знал о предательстве, но скрыл его, поддавшись на шантаж, - косвенно подтверждать бытовавшую в Британии теорию о неблагонадежности геев. Еще одна чудовищная клевета – очень эффектные и блестяще сыгранные Камбербэтчем и Рори Кинниром, но целиком вымышленные эпизоды допроса арестованного Тьюринга. Получается, что Алан рассказывает случайному полицейскому все о себе и своей работе в Блетчли. Не было такого. Даже под угрозой тюремного заключения Алан Тьюринг ни разу и словом не обмолвился о своих заслугах перед страной. Он до конца хранил секреты Британии. Она не стала хранить его.

    К фильму можно предъявить немало претензий: одни жалуются на отсутствие "наглядного" подтверждения гомосексуальности героя, другие – на то, что личность, интеллектуальное наследие и даже военные отличия реального человека гораздо масштабнее, ярче и любопытнее, чем сценарные "заманухи", третьи – на игру в поддавки с "безмозглым" зрителем, которому даже не намекнули на науку, стоявшую за дешифровкой, заменив ее смехотворной сценой "озарения" в баре. А еще можно поискать кадр с поднятым вверх ногами британским флагом или опечаткой в броском газетном заголовке... Очаровательная Кира Найтли в роли математика, с отличием окончившего Кембридж, неправильно произносит фамилию "Эйлер" (в русском дубляже эту оплошность, спасибо, исправили).   

    Однако в остальном игру всего актерского ансамбля можно назвать безупречной. В картине прекрасно показана Англия времен Второй мировой (мы знаем о блокаде и бомбежках острова и лишениях британцев вряд ли больше, чем они – о нашей Великой Отечественной). Снятый без особых режиссерских изысков, но весьма динамично, этот фильм - военный триллер, история любви и личная драма в одном флаконе - захватывает сразу, смотрится легко и не отпускает до конца. "Я и забыл, как много там смешного", - удивлялся Камбербэтч после премьеры в Торонто, где картина получила главную награду фестиваля – приз зрительских симпатий. И разве не это, в конце концов, самая лучшая оценка любого фильма? Как бы ни легли карты на "Оскарах", народ голосует за "Игру в имитацию" ногами: лента, осторожно выпускавшаяся поначалу в ограниченный прокат, собрала уже $126 млн и вот-вот вдесятеро окупит свой 14-миллионный бюджет. А на претензии по содержанию картины ее создатели отвечают просто: "Мы не рассчитывали, что "Игра в имитацию" станет последним словом об Алане Тьюринге. Мы хотели, чтобы она начала разговор…".

    Ирина Литвин, Russia.tv