Новости

    Люк Бессон на презентации фильма "Люси" / Автор: Михаил Свешников

    Люк Бессон: мне интересны слабости мужчин и сильные стороны женщин

    Представить Москве свое новое творение - фильм "Люси" - Люк Бессон решил лично. Режиссер был добр и бодр и даже настроен шутливо. Бессон выяснил, что по-русски "пята Ахиллеса" не имеет ничего общего с "Пьетой" (пьета - иконография библейского сюжета "Оплакивание Христа девой Марией", где мертвый Христос лежит у матери на коленях. Самые известные - Пьета Микеланджело, Тициана, Ван Гога). Он также ответил на все вопросы, касающиеся сильных женщин и работы с ними.

    В частности, со Скарлетт Йоханссон, сыгравшей в фильме роль Люси, девушки, ведущей разгульный образ жизни и превратившаяся в суперженщину из-за того, что в ней по нелепой случайности растворилось полкилограмма наркотика нового поколения. Суперспособности Люси отличны от тех, что присущи героям комиксов: в то время как у всех людей мозг задействован всего на на семь процентов, у Люси  активировались все 100%.

    - В ваших фильмах главные героини часто сильные, жесткие, волевые женщины. Это дань феминизму или вы верите, что миром управляют сильные женщины?

    - Конечно же, женщины правят миром. На самом деле, очень редко бывает, что для женщин придумываются яркие образы. Так, мой фильм "Голубая лагуна" был о дружбе двух мужчин, "Последний бой" – о дружбе трех мужчин. Это было то время, когда мужчины всегда были главными. Вспомните такие фильмы, как "Терминатор", где герой, поигрывая горой мускулов, произносит: "Hasta la vista, baby", а женщина покорно сидит у очага и ждет любимого с добытым мамонтом.

    Мне интересна тема слабостей мужчин и сильных сторон женщин. Помните, что даже у Ахиллеса была "пята"? Что уж говорить о современных мужчинах. На самом деле, я просто пытаюсь создавать интересных персонажей. Ну а в "Леоне", "Ее звали Никита", а теперь и в "Люси" я отдаю дань уважения "сильному" слабому полу.

    - Мила Йовович, Анн Парийо, сейчас Скарлетт Йоханссон. Вы постоянно снимаете очень ярких женщин и потрясающих актрис, выявляя совершенно удивительные их стороны. Как вы выбираете себе муз, и есть ли у них нечто общее, с вашей точки зрения?

    - Давайте все по порядку. Сначала появляется сценарий. В этом сценарии есть разные персонажи. И нужно найти лучших актеров и актрис на эти роли. Порой я встречаю артистов, которые мне лично очень нравятся, но я не чувствую, что они идеально подходят под роль в моем фильме.

    - Получив безграничные возможности, Люси могла бы изобрести вечный двигатель или остановить войны, наладить связь человечества с инопланетными цивилизациями. Но вы избрали весьма драматический удел для нее. Означает ли это, что вы считаете, что развитие интеллектуальных способностей непременно ведет к потере человечности?

    - А почему Бог не останавливает войны? По тем же самым причинам и Люси делает то, что делает. Она поняла и приняла – необходимость передать жизнь дальше. Необходимость передать свои знания будущим поколениям. Вы хотели бы остановить войну потому, что ваше воспитание подвигает вас к этому. Но она не принимает решение, кто хороший, а кто плохой. Она постигла свое предназначение – передача своих знаний.

    - Когда мы вас ждали, мы смотрели фильм о фильме. И, кажется, что для вас важны не подписанное вашим именем режиссерское кресло или новейшие приспособления для съемок. Или вам пришлось экономить из-за больших гонораров звезд?

    - Конечно, большая часть бюджета ушла Скарлетт Йоханссон и Моргану Фриману. Или нам надо было заблокировать центр Парижа на четыре дня, чтобы снять сцену погони на машинах. Это очень дорого. Но это еще и определенное искусство. Да, конечно, тебе нужен кран, чтобы снять какие-то сцены. Но я замечаю, что необходимо примотать к нему кусочек дерева, чтобы он сработал, как я это вижу. А иногда нужно актрису "подтянуть" к камере, чтобы показать нужную реакцию, и приходится импровизировать. Так что постоянно приходится импровизировать. Этим летом "Люси" соревновалась с такими фильмами, как "Стражи галактики" и "Неудержимые". Могу сказать, что мы выглядели не хуже их. А иногда даже и лучше.

    - Известно, что во время работы над фильмом вы консультировались с учеными-специалистами по изучению мозга. Как они отнеслись к вашим идеям о том, каким становится человек, у которого мозг задействован на 100%?

    - Иногда, во время разговоров со мной они улыбались: да, ты можешь так сказать, так снять, а иногда категорически говорили "нет". Казалось, я их обижаю своими придумками. Но не стоит забывать, что "Люси" – художественный фильм, где смешаны реальность и вымысел. Но было приятно, что ученые готовы помочь мне определить рамки моих возможностей. В сюжете задумано четыре шага трансформации Люси: контролировать себя, контролировать других, контролировать субстанцию и контролировать время. Первые два пункта не вызвали никаких нареканий. Но когда дело доходило до третьего и четвертого пунктов, здесь они терялись, не зная, что сказать. Работа ученого состоит в том, что прежде, чем высказать убежденность, они должны доказать свою мысль. А тут им пришлось работать с нашим воображением, и они потерялись, так как не могли доказать детали воображаемого мира. В таком случае им проще сказать, что такого не может быть. Но кажется, будто они стесняются своих слов. Например, они знают, что любовь – это  химическая реакция. Но никому не хочется признавать, что его жизнь  - цепочка химических реакций.

    - Когда в фильме поезд несется с огромной скоростью, довольно подробно объясняется теория относительности Эйнштейна. Может быть, вы перечитывали перед съемками его труды? Кстати, как вы учились в школе?

    - Я плохо учился. Мне вообще кажется, что сначала нужно работать, а потом учиться – в этом больше смысла. Например, когда тебе 11 лет, тебе в голову пытаются впихнуть историю – учителя говорят о твоем прошлом, о прошлом страны – а тебе это не важно, тебя интересуют совершенно другие вещи. Единственный год, когда я хорошо учился, к нам пришел учитель физики, сделавший все, чтобы заинтересовать школьников. Я всегда мог услышать только тех, кто хорошо преподавал, слова остальных пропускал мимо ушей. Зато я всегда писал  сценарии всех школьных спектаклей.

    - Был ли у вас прототип Люси, или это собирательный образ?

    - Несколько лет назад ученые нашли останки Люси: ей было несколько миллионов лет. С помощью компьютерной программы они воссоздали ее – какой она могла бы быть. Я ужасно хотел познакомиться с человеком, создавшим Люси, и увидеть ее. В результате он создал мне копию. И теперь Люси стоит у меня в кабинете, смотрит на меня, когда я работаю, вдохновляет меня. В частности, на создание современной Люси.

    - Известно, что вы любите дельфинов. Можно ли сказать, что после фильма "Голубая бездна", они вдохновили вас на работу над "Люси"? И как вам кажется, на сколько процентов надо использовать свой мозг человеку?

    - Сегодня люди куда больше заботятся о бытовой стороне жизни, чем о том, чтобы просто быть. Мне кажется, что надо больше внимания уделять бытию. Скажем, когда-то люди обнаружили, что им даны руки, и ими можно строить. И как только они начали строить, они тут же начали иметь. То есть момент обладания совпал с определенной анатомической особенностью. Мы единственные животные, у которых есть руки, однако… чему мы научились? Возьмите дельфинов, они используют собственный GPS, встроенный в их мозг. И их система навигации куда более продвинута, чем все те, которые изобрело  человечество – да, у нас теперь тоже есть GPS. Но вот что интересно, с одной стороны, мы достаточно умны, чтобы это придумать, но оказалось, что подобные изобретения делают нас глупее, потому что мы перестали полагаться на свои знания.

    - В фильме звучат слова о том, что время – единственная реальность. Насколько этот вопрос волнует вас лично?

    - Нехватка времени – огромная проблема, потому что наше время на Земле весьма ограничено. Когда мы рождаемся, мы знаем наверняка только одну вещь – что мы обязательно умрем. Вопрос в одном – как быстро придет смерть, и как я распоряжусь своим временем. Но никто не может дать ответ на эти вопросы, так что это действительно огромная проблема. Иногда час выглядит вечностью, но в масштабе вечности и миллион лет – ничто. За время существования планеты Земля человечество появлялось и исчезало на ней шесть раз. Так что время – это все, что у нас есть.

    - Расширяли ли вы когда-либо свое сознание? И чем вы вдохновлялись, когда работали над "Люси"?

    - Я буду хорошим субъектом для экспериментов, потому что я никогда не принимал наркотики, не пью и не курю. Я аномалия. Когда я была маленьким, мы жили в Хорватии, Греции, Тунисе, потому что мои родители были инструкторами по погружению с аквалангами. И у меня не было игрушек, которые есть у других детей. Если я хотел играть с чем-то, я должен был придумать это "нечто".  И я брал палочки, камушки и придумывал игру в ковбоев, в космических пришельцев – так мое воображение начало расти и развиваться. Я считаю, что мне очень повезло, что у меня не было инструментов, которые замещали бы мое воображение.

    Но даже при этом я работаю не очень быстро: на разработку концепции "Люси" у меня ушло около десяти лет. Кажется, я сам использую всего два процента своего мозга.

    - Вы снимаете фантастические фильмы. А как вы считаете, есть ли у человечества будущее?

    - Абсолютно нет. У нас крайне ничтожны шансы на выживание. Разве что мы научимся лучше использовать наши мозги и мирно сосуществовать, перестав уничтожать друг друга.

    - Расскажите о работе со Скарлетт Йоханссон. Говорят, у нее отличное чувство юмора.

    - Скарлетт очень трудолюбива, пунктуальна, мила и, главное, адекватна. У нее нет никакой звездной болезни, так что она совершенно не пафосна. Что касается чувства юмора, простите, я был настолько увлечен собственным фильмом, что не успел с ним познакомиться.

    - У "Люси" открытый финал. Возможно ли продолжение фильма?

    - Меня довольно часто об этом спрашивают, но я думаю, что сказал все, что хотел. Так что совершенно не представляю, о чем могла бы быть следующая часть. Пока не представляю.

    Мария Свешникова, Russia.tv
    Фото Михаила Свешникова