Новости

    Кадр из фильма "Анна Каренина" / Автор: upimedia.com

    Британцы сделали из "Анны Карениной" кабаре-шоу

    Традиционный набор, заставляющий биться чаще сердце всякого иностранца при соприкосновении с Россией, состоит из трех компонентов. Это загадочная русская душа, русская классика и наша же водка. О душе ходят легенды. Что легко: поскольку точной формулировки ее загадочности никто записать не удосужился, исследование этой тайны - бескрайнее поле для интерпретаций. С водкой тоже все ясно, ибо она способна привести в экстатическое состояние даже самого закоренелого чужеземца.

    Что же касается магии художественной литературы, объяснить ее непросто. Но, кажется, всякий иностранец, узнав, что рядом оказался "русский" собеседник, в то же мгновение признается в безумной любви к Чехову, Достоевскому, Пушкину, Булгакову и, конечно, Толстому. Закатывая глаза от восторга, он станет произносить "Война и мир", "Анна Каренина" с таким искренним счастьем, что вам будет неловко спросить, неужто он и правда осилил все 4 книги эпопеи? И о Карениной знает не только по кино?

    В этот момент говорить с ним, с иностранцем, бесполезно: магия уже принялась действовать самым невообразимым образом. Самое простое - решить, что она появляется под воздействием первых двух компонентов (души и алкоголя). Но это только на самый первый, поверхностный взгляд. Одна же из основных причин страстного почитания нашей литературы - в особом умении видеть, наблюдать, анализировать происходящее русскими писателями. Без авторской рефлексии, без чрезмерных психологизмов, без давления на героев собственным авторитетом, но давая персонажам свободу действия в заданных обстоятельствах. В частности потому и персоналии получались выпуклыми, запоминающимися. Безусловно, судьбы были каждому придуманы такие - обзавидуешься.

    А еще было русское дворянство! Пожалуй, соревноваться с ним в притягательности могли бы разве что представители английской да французской аристократии и индейцы племени майя. Особенно для кинопроизводства, исправно поставляющего экранизации любимых романов трех прошлых веков - от авантюрных, созданных Дюма, или мистических как у Шарлотты Бронте. Впрочем, для кино подходила любая классика – драма, комедия, эпос, эпопея…

    Насколько удачны экранизации зарубежной классики, судить оставим другим, но когда дело доходит до западных представлений о русской литературе, о российском дворянстве, каждый раз становится неловко. Единственное исключение составляют, пожалуй, современные интерпретации Чехова. То есть это уже как бы и не "Три сестры" или "Чайка" в чистом виде, а психологические размышления режиссера, навеянные прочтением Антона Павловича и трансформированные в близкую и понятную ему (режиссеру) среду.

    Но едва примутся за Пушкина, так придется хихикать украдкой весь фильм. И ведь от текста не отступают, и история рассказана та же, и даже на роль Онегина приглашен замечательный Рэйф Файнс, но смотришь и – хихикаешь от нелепости происходящего. А то еще возьмется Майкл Хоффман за биографию Толстого. И пригласит в фильм "Последнее воскресение" на роль Софьи Толстой Хелен Миррен. А дальше зрителю только и остается, что размышлять: "Ну как же так, Майкл? Что за пародия у тебя получилась на жизнь Льва нашего Николаевича? А Хелен – она отчасти русская: ее отец дворянчиком был, но ведет она себя в твоем кино так, будто Толстая полжизни провела то ли в борделе, то ли в доме для умалишенных". Последнее, кстати, учитывая фортели Толстого, не лишено оснований.

    Последний фильм, о котором придется вспомнить сегодня, – драма, снятая по роману Толстого "Анна Каренина" режиссером Джо Райтом и вышедшая на этой неделе в российский покат. И, говоря о ней, как не припомнить предыдущие "достижения" Райта на ниве экранизаций. Скажем, даже при полном неведении о жизни Англии конца XVIII века, описанной в романе Джейн Остин "Гордость и предубеждение", версия Райта выглядела постыдно провальной. Никак не покидало ощущение, что режиссер оставил себе только "гордость", а с "предубеждением" жестоко расправился, уничтожив все диалоги и рассуждения, свидетельствующие о внутреннем мире героев романа. Откровенно претенциозным и слабым вышел фильм "Искупление", снятый Джо Райтом по одноименному роману Иэна Макьюэна.

    Кстати, в оба проекта на главную роль была приглашена Кира Найтли - актриса небесталанная, но способная играть далеко не у всякого режиссера. И дуэт с Райтом никак нельзя причислить к удачным. Тем не менее, принявшись за "Анну Каренину", Джо отдал главную женскую роль именно Найтли. И результат не заставил себя ждать – получилось нечто вроде кабаре-шоу. Конечно, в этом невозможно винить одну лишь Киру, поскольку сам Джуд Лоу умудрился растерять в этом фильме все свое сердечное обаяние. Ну а юный Облонский в исполнении Мэтью Макфейдена, помещенный в декорации  сказочного театра, непрерывных песен и танцев, и вовсе превратился в опереточного персонажа.  И снова русская классика претерпевает коренные изменения: Райт попытался было сфокусировать внимание зрителя на романтических сценах с трепетным дрожанием рук, переходящих в откровенно постельные, но выжать из них было решительно нечего. А так как с ролью русской Карениной, принимающей сложнейшие для нее решения, Кира Найтли очевидно не справлялась даже в финале, ее пришлось сделать алкоголичкой. И основную сюжетную линию размыли второстепенными героями.

    Водевиль в стиле "бабы, водка, гармонь и лосось" вышел знатный, дорогостоящий. С русской драмой получилось куда хуже. Единственный повод для радости – в следующий раз Джо Райт решил испробовать свои силы на Индии последних дней Британской империи, где, возможно, пригодятся его пристрастия в музыкальном оформлении. А загадочную душу и русскую литературу можно любить и на расстоянии.

    Мария Свешникова, Russia.tv