Новости

Джон Кьюсак: Пусть Рэдклифф играет Бегемота

Москва постепенно становится самым популярным местом паломничества звезд международного масштаба: причем, приехав однажды, некоторые (Люк Бессон или Эмир Кустурица) с большим удовольствием становятся завсегдатаями российской столицы. Вот и известный голливудский  актер Джон Кьюсак приехал не в первый раз. Всего пару лет назад он представлял блокбастер "2012", а сегодня он привез новый проект. В мистическом триллере "Ворон" Кьюсак сыграл культового писателя, основоположника детективного жанра Эдгара Аллана По.

Согласно замыслу режиссера Джеймса МакТига, это история о последних днях жизни писателя. Некто совершает загадочные преступления, найти объяснение которым невозможно, если только не читать рассказов По: оказывается, каждое новое убийство повторяет описанные в его детективах преступления. Впрочем, перед смертью писателя преследуют и остальные "герои" его произведений: красная маска, маятник, обезьянка и, конечно, Ворон.

Накануне премьеры актер Джон Кьюсак рассказал московским журналистам о писателе Эдгаре Аллане По и своем отношении к его творчеству, о роли, режиссере и фильме "Ворон".

- Играть По – большая честь для меня. Для каждого американца он культовая личность - как писатель, создавший такие удивительные жанры, как детектив и готическая проза. У нас даже в школьной программе есть его произведения .

 - А вы лично являетесь поклонником рассказов Аллана По?

- По – столп американской литературы. Конечно, он не настолько велик, как ваш Чехов, но он очень крут. Я бы сравнил его с Чарли Чаплином – ведь вы все знаете, кто это такой, даже если не смотрели его фильмов. Я люблю перечитывать "Маску красной смерти", "Падение дома Ашеров", "Тень".

 - У вас в багаже немало ролей готичных, мрачных персонажей, увлеченных мистикой. Вам нравится играть в таких фильмах?

- В основном меня выбирают режиссеры, снимающие мистические или апокалиптичные триллеры, так что мне приходится постоянно погружаться в другую реальность, уходить в потусторонний мир. Но я никогда не отказываюсь от таких предложений, мне нравится быть причастным к неведомому, непознанному.

 - Вы хотите сказать, что верите в то, что помимо нормальной жизни есть еще и нечто мистическое?

- Да, я верю. Я уверен, что за границами разума есть нечто, что неподвластно нашему разумению. На самом деле, каждого человека интересует, где проходит грань между реальностью и сном. Где наше бытие становится эфемерным, условным, где мы не властны над временем и ситуацией.

 - Может, и на съемках "Ворона" было что-то, неподвластное сознанию?

- А вот на съемках была обычная рабочая обстановка. Правда, мы снимали в Сербии зимой, было темно и холодно, что весьма походило на атмосферу, которую так любил описывать Аллан По. В остальном мы просто воображали то, что происходило с ним и его окружением, и играли. Главное ведь то, что происходит в голове. Как сказал философ и поэт Шри Чинмой, "ад – это состояние сознания", вот мы и представляли себе тот ад, который Аллан По сам для себя придумал.

 - А вам не кажется, что фильм "Ворон" мог бы выиграть, если бы его сняли в формате 3D?

- Я полагал, что "2012" будет в 3D, но его создатели отказались от этой мысли. А про "Ворона" я об это никогда не задумывался. На самом деле, я не очень люблю этот формат, и мне не нравится смотреть кино в очках, но я понимаю, что он сегодня актуален, так что в будущем я не собираюсь от него отказываться.

 - Вы как-то готовились к роли Эдгара По?

- Помимо того, что я читал его книги? Я специально не смотрел фильмов по его произведениям, зато я изучал готические комиксы, ходил на выставки картин художников, увлекающихся потусторонней тематикой. Словом, я искал любые зацепки, чтобы передать состояние и атмосферу произведений По. А еще письма – я читал самые обычные письма. Ведь в начале 19 века не было мобильников и Интернета, и все писали друг другу письма – они были очень важной составляющей культуры общества той эпохи.

Мне показалось важным, чтобы все, что я знал о По, прошло через меня. Это было одновременно страшно и очень привлекательно. Ведь безумие затягивает, а По – сложный, саморазгружающийся гений. От переживаемых эмоций я сильно похудел за время съемок. Так что, когда я вернулся домой, мои родители испугались, решив, что я болен какой-то неизлечимой болезнью.

 - А вы похожи на вашего героя?

 - Ну, я конечно не гений, как По, и у меня нет его таланта. Но да, я тоже чувствую в себе власть темной стороны моей личности. Думаю, что если бы философ и психолог Карл Юнг создавал тогда свою философию теневого "Я", он с удовольствием взял бы за основу наши личности.

- Как складывались ваши отношения с режиссером Джеймсом МакТигом?

- Джеймс очень серьезный, умный, волевой человек с отличным чувством юмора. У нас был небольшой бюджет, но даже в такой непростой ситуации он отлично справился с поставленной задачей. Он оказался способен передать эстетику мира По, он сумел не только проанализировать его книги, но и сделать правильные выводы. Мы были единой командой, и мне приходилось даже заниматься декорациями. С другой стороны, Джеймс отдал мне на откуп диалоги. Потому что я настаивал на их важности, на точности воспроизведения языка того времени, манеры общения, стиля.

- А вам самому не хотелось бы стать однажды режиссером?

- Я уже пробовал свои силы на этом поприще. Я сделал несколько постановок в театре и был сорежиссером в нескольких кинопроектах. Меня увлекает этот процесс, но при столь интересных ролях, как По, мне нравится играть, а не выбивать бюджет или стоять по ту сторону от камеры и кричать "Мотор!".

- Тогда, возможно, вам хотелось бы сыграть в фильме-экранизации русской классики?

- Я воспитывался на русской классике. Чехов, Достоевский, Булгаков – мои любимые писатели. И я мечтаю когда-нибудь снять фильм по "Мастеру и Маргарите"…

- Правда? А вот совсем недавно к нам приезжал Дэниэл Рэдклифф, он тоже мечтает о "Мастере". Может быть, вам объединить усилия?

- Я не против. У меня только одно условие: я очень хочу сыграть Воланда. А Дэниэл пусть играет, кого хочет. Например, Кота Бегемота. Я возражать не стану.

Мария Свешникова, Russia.tv