Новости

Николай Хомерики. "Сказочная" дорога в Канны

Совсем недавно стало известно, что Россию на 62-м Каннском кинофестивале будут представлять сразу две картины. И обе вошли в программу "Особый взгляд". По условиям  конкурса фильма еще никто не видел, зато ничто не могло помешать разговору корреспондента Rutv.ru с режиссером Николаем Хомерики, чье творчество, как ни парадоксально, более известно фестивальной публике, чем российскому зрителю. Напомним, что первая работа Николая Хомерики - трехминутный этюд "Капля" - получил приз кинофестиваля в Сопоте, жюри которого возглавлял Кшиштоф Занусси. В 2005 году короткометражная дипломная работа в парижской школе La Femis "Вдвоем" взяла в Каннах награду в программе студенческих картин "Синефондасьон". В 2006 году его полнометражный дебют "977" принял участие в конкурсной программе Каннского кинофестиваля "Особый взгляд". В этом году Николай Хомерики снова отдал в Канны свою картину "Сказка про темноту".

- Николай, в этом году в Канны привезут свои фильмы Ларс фон Триер, Михаэль Ханеке, Квентин Тарантино, Педро Альмодовар… Привезут, как и вы, не в первый раз. Я к тому, что у вас всех есть особая проторенная дорожка? Вы знаете рецепт, как снимать кино, подходящее для Канн?

- Я думаю, что нет никакой проторенной дорожки вообще. И не может быть. Просто есть авторы, делающие кино, которое смотрят не только в Каннах, но и по всему миру. И Педро Альмодовар, и Ханеке, и остальные "авторские", всемирно известные режиссеры, они же не только в Каннах показываются. Они себя, что называется, "зарекомендовали". Каждый из них снимает разное кино, и в программе Каннского фестиваля очень редко бывают похожие фильмы. Надеюсь, что мое кино обладает тоже своим особым взглядом. Наверное, поэтому оно туда и попадает.

- Фильм "977" российские зрители смогли посмотреть лишь спустя полгода после Канн. Ваш новый фильм мы тоже нескоро увидим?

- Такова судьба всех фильмов, которые больше фестивальные, чем прокатные. Прежде, чем они выйдут в прокат, им сначала надо поездить по фестивалям, потому что как только фильм попадает в прокат, его уже на фестиваль не берут. Я бы хотел, чтобы мой фильм куда-то еще съездил, чтобы и зарубежные зрители его посмотрели. Поэтому, я думаю, что в России он, как и "977", выйдет осенью. Правда, у нас будет премьера на "Кинотавре", куда "Сказку про темноту" отобрали в основной конкурс.

- Насколько я помню, в фильме "977" все искали мистику. В "Сказке про темноту" зрители будут искать сказку? Если можно, расскажите вкратце суть фильма.

- Я надеюсь, что в "Сказке про темноту" зрители будут искать себя, потому что, несмотря на сказочность, фильм достаточно реалистичный. Помните присказку - в каждой шутке есть доля шутки. Так и у меня: в сказке есть доля сказки. Сюжет вроде как есть, но это, скорее, куски жизни одного человека, помещенного в разную среду, среди разных людей. В общем, банальность скажу, но, с одной стороны, фильм про конкретного человека, а с другой - про всех остальных… Внешне главная героиня работает инспектором по делам несовершеннолетних, но фильм больше не про ее работу, а про личную жизнь, которую она пытается выстроить. Про перипетии, встающие на этом пути. И, конечно, о многом другом.

- Если я правильно понимаю, "определенный человек" – это героиня Алисы Хазановой Ангелина?

- Да.

- Вы снимаете Алису уже не первый раз. В чем секрет вашего постоянства?

- Секрет в том, что мы очень подружились, и она мне очень нравится - нравится, как она играет, потому что она любую сцену играет будто изнутри. Поэтому я люблю ее снимать. Помимо этого, она очень трудолюбива. В отличие от многих актеров на площадке она прямо изучает свою роль. И уж если говорить о подходе к работе, то она серьезно готовилась, вживалась в роль: ходила, изучала работу инспекторов по делам несовершеннолетних. Может быть, поэтому мне очень нравится с ней работать.

- А вы трудный режиссер, с вами трудно работать?

- Да нет, мне кажется, легко.

- Я знаю, что вы никогда не ругаетесь, говорите тихо, чтобы на площадке не было скандалов...

- Я говорю тихо, ни на кого не кричу и вообще настроен достаточно дружелюбно, иногда даже во вред себе. Или во вред фильму.

- Что вы говорите?! Никогда не поверю, чтобы вы делали что-то во вред фильму. Себе еще ладно, может быть.

- Бывает такое иногда, могу уж слишком смалодушничать.

- Потом приходится переделывать?

- Приходится.

- Вы учились у Владимира Хотиненко, у Алексея Германа и у Владимира Меньшова. Чья школа для вас оказалась самой близкой? У кого вы больше всего почерпнули знаний?

- Я учился в мастерской у Владимира Хотиненко и Павла Финна. А параллельно с этим проходили мастерские Меньшова, Германа и Смирнова. Чья школа, на меня повлияла, я не знаю. Но по кинематографу, конечно, мне ближе взгляд Германа. Он обладает такой харизмой, что возникает чувство невероятной ответственности за каждую сделанную работу. Но по школе я ученик Хотиненко. Так что наши студенческие фильмы оценивались самыми беспристрастными судьями.

- Несмотря на то, что фильмография ваша пока не так значительна, как у Германа или Хотиненко, многие вас почитают гением…

- Да вы что?!

- Да, прямо так и признаются, не скрываясь: гений, которому трудно жить среди обычных людей. Зато остальные совершенно не принимают вашего творчества – слишком сложно, артхаус. Это нормальная ситуация?

- Да, абсолютно нормальная ситуация.

- И вам действительно сложно жить в пространстве обычных людей?

- Нет, мне в пространстве обычных людей очень хорошо жить. Я, собственно, про них снимаю. С ними и живу. Сложно иногда жить в пространстве необычных людей.

- Кого, например, вы имеете в виду?

- Сложно, скажем, в кинематографическом мире. Мне гораздо легче с обычными людьми.

Мария Свешникова, RUTV.ru