Новости

Виктория Толстоганова

-  Учась в ГИТИСе, я не ходила на кинопробы, потому что считала, что кино – это какая-то недостойная история для студента. Театр – вот чему можно отдать всю свою жизнь, а кино – это какая-то ерунда. Такие вот были мысли в 90-х годах, когда у нас не снималось кино.
 
Я стараюсь не сниматься в сериалах.
 
- Здорово было бы, если бы мне говорили: вы вообще не снимаетесь в сериалах. В сериалах я снималась очень мало. Я помню эти случаи, я могу их по пальцам пересчитать. Одна ошибочная история, другая, может, не ошибочная, третья – полуошибочная. В сериалах сниматься я не могу, не умею, не буду, не хочу. Это не мое. Это сложно. Я не представляю, как актер играет в сериалах, я вообще не понимаю, как это получается. У меня не получается.
 
Сейчас я снимаюсь у Павла Лунгина в новой биографической ленте.
 
- Проект называется "Ветка сирени" о Рахманинове. Вылетело из головы, представляете – "Ветка сирени". Мне очень нравится название "Рахманинов". Но тем не менее мы себя обезопасили, не назвав этот проект именем композитора. Хотя это про него, про Сергея Рахманинова, но художественного вымысла достаточно, чтобы не считать фильм биографическим. Я играю жену Рахманинова. Описывается история его жизни, которая захватывает где-то 20 лет. Большой период его жизни – от начала века до 20-х годов Голливуда. Все его путешествия по Америке, все гастроли, в общем – большой период жизни.
 
Учась в школе, я "болела" ТЮМом – Театром юного москвича.
 
- Была какая-то сказочная жизнь, действительно сказочная, настоящая. Я помню: мама бегала за мной вокруг стола – у нас был круглый стол – и кричала: "Ты никуда пойдешь! У тебя температура 38, ты не пойдешь на репетицию!" Она действительно бегала, просто носилась за мной по квартире, и мне каким-то образом удавалось выбежать в в дверь. А потом с температурой сидеть на какой-то ненужной, в принципе, репетиции. "Буратино" или еще что-то. Детство было очень насыщенное…
 
По материалам программы "Синемания"